Тунис: Бизерта — Тунис

В Тунисе под дождем

Мы покинули Бизерту рано утром, 21-го апреля и двинулись на юг-юго-запад, придерживаясь на двух-трех километровом расстоянии от берега, чтобы избежать банки намытого песка. Картам особо доверять нельзя, так как у мелей постоянно меняется положение и глубина, и всю дорогу кому то из нас приходилось стоять на бушприте, разглядывая дно сквозь поляризованые очки. Такие очки обязательны на каждой яхте, так как бывают совершенно незаменимы в подобных случаях, когда требуется разглядеть помехи под водой.

Еще одна причина, почему мы держались на расстоянии от берега, были лабиринты непомеченных сетей, многие из которых находились чуть ниже поверхности. Наехав на них, мы бы точно запутались пропеллерами, да еще бы пришлось платить за поврежденные сети рыбакам, которые следовали за нами на небольшом расстоянии, ожидая именно этого.

Однажды, мы так чуть не попались. Заметив на берегу что-то интересное, мы сбросили грот и аккуратно приблизились, проскользнув через узкий проход между двумя сетями. Проходя, мы не подумали, что возвращаться придеться против солнца и проход будет гораздо труднее заметить, и не отметили это место на электронной карте.

В результате, мы потратили несколько часов, пытаясь выбраться из этого лабиринта. Идти пришлось со скоростью в один-два узла, постоянно останавливаясь и подавая назад, уткнувшись в очередной тупик. Все это время за нами следовали несколько рыбаков на лодках, приблизившихся к нам, но ни разу не предложивших помочь выбраться отсюда, явно готовых наброситься на нас с требованиями компенсации, в случае, если мы запутаемся в одной из их сетей.

Не выбравшись к полудню, мы начали волноваться, что не выйдем до того, как солнце опуститься так, что ничего не будет видно под водой, даже через поляризованные очки. К счастью, потыкавшись еще час-другой, нам все-таки удалось выбраться из этой западни, не задев ни одной сети, что, судя по всему, очень огорчило наших преследователей. Высвободившись и отойдя подальше от берега, мы больше не отвлекались на прибрежные зрелища и, к четырем часам дошли до порта Сиди Бу Саид без дальнейших приключений.

Марина Сиди-бу-Саид, Тунис

Марина Сиди-бу-Саид, Тунис

Сиди Бу Саид, главный яхтенный порт Туниса, находится недалеко от развалин легендарного Карфагена. Это сравнительно большой порт, построенный по европейским стандартам. Порт оказался весьма забитым, в основном небольшими катерами и яхтами, но и нам все таки нашлось местечко. Вскоре к нам на борт пожаловали представители местных властей, в лице заместителя капитана порта, представителя таможни и полицейского инспектора. Это нас немного удивило, после пофигизма, с которым отнеслись к нам в Бизерте, но гости были приветливы и дружелюбны, так что нас их неожиданное внимание не особо расстроило. Наоборот, после быстрого показа интерьера «Зангези», что, похоже, их интересовало больше, чем наши документы, мы довольно мило побеседовали «за жисть», рассевшись в кокпите вокруг стола. Отказавшись от пива по религиозным соображениям, наши гости с удовольствием приняли от нас дары, в виде банок кока-колы и пачек сигарет.

Насладившись вдоволь раговорами и угощениями, гости собрались уходить. Вечерело и мы как-то разом все поняли, что сильно проголодались. Все порядком устали и ужасно не хотелось готовить, да и уж больно захотелось североафриканской пищи. Перед уходом гостей, мы поинтересовались, где в округе можно прилично подкрепиться. Они посоветовали ресторан при гостинице, который, по их словам, находился всего в нескольких минутах ходьбы от порта. Избавившись от гостей, мы одели сандали, засунули Софочку в коляску и, как были, в шортах и футболках, так и отправились искать ресторан.

Сойдя с причала, мы оказались среди нарядно одетой публики, явно – местной, вышедшей к порту на воскресную прогулку. За воротами — еще больше. Казалось, что мы находимся у входа в луна-парк. Вдоль променады стояло множество машин, из их опущеных окон струилась франкофонная попса и молодые пары, одетые в выцветшие джинсы, держались за руки в предвкушении скорого заката.

Пройдя немного, мы обнаружили, что сооружение, которое мы сперва приняли за гостиницу с рестораном, оказалось чем-то другим, но мы не сдавались и продолжали идти. Спросили, в недоумении, подвернувшихся прохожих, сколько осталось до гостиницы. Услышав в ответ, что осталось всего метров пятьдесят, воодушевленные встрепенувшейся надеждой, продолжили ходьбу, ускорив шаг, в предвкушении скорой встречи с кускусами, таджинами, шашлыками и прочими лакомствами. Но, через пятьдесят метров никакой гостиницы не оказалось. Не оказалось ее и через сто, и через двести, и через триста метров.

Вскоре мы вышли из прогулочной зоны и, не считая проезжавших мимо машин, оказались на берегу совершенно одни. Начинало темнеть, но мы, по прежнему, ковыляли вперед, на шатких ногах, после моря еще не привыкших к ходьбе. Дорога повернула от берега и пошла в гору, отчего стало тяжелей толкать коляску, но, описав дугу, снова вывела нас к морю. Становилось холодно и с моря дул сырой ветер. Теперь мы уже шли в темноте, стуча зубами от холода, все больше ощущая острые боли в голодных, пустых желудках.

Наконец, после почти часового хождения, мы вышли к огромной серой глыбе, похожей на новостройку советской эпохи. Это, по-видимому, и был тот самый отель «в нескольких минутах ходьбы». Тут только мы поняли, что не стоило относиться с таким доверием к словам наших гостей – ведь они вряд ли когда нибудь ходили сюда пешком.

Усталые, голодные и замерзшие, мы ввалились в гостиничное фойе. Оно было ярко освещено флюорисцентными лампами и уставлено длинными диванами с неудобными прямыми спинками, на которых чинно восседали, покуривая, египетские и марокканские бизнесмены. Должно быть мы имели весьма странный вид, на фоне этой восточной псевдороскоши, но голод не тетка и в тот момент нам было не до этикета. Увидев вход в ресторан, мы рванули прямо туда.

Ресторан оказался довольно посредственный, с ценами, совершенно не соответствующими качеству. Избалованые марокканской едой, мы ожидали гораздо большего от ресторана в столь «роскошной» столичной гостинице, но, не имея другого выбора, вынуждены были смириться с тем, что давали. Таджинов, кускусов и шашлыков не оказалось, зато подавались различные «европейские» блюда. Поужинав замученными бараньими отбивными и прозаичной жареной курицей с картошкой-фри, и заплатив за эту европейскую роскошь приличную сумму, мы не стали задерживаться и вкушать обстановку, а сразу отправились домой. На этот раз мы вызвали такси и действительно, через несколько минут были у портовых ворот. Проезжая мимо променады, мы видели все те же молодые пары у запаркованых машин, только теперь музыка поменялась на что-то tres romantique, а джинсовая молодежь, не боясь быть замеченной блюстителями порядка, в темноте предавалась бурным лобызаниям.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *